Выставки

Третьяковка показывает рисунки академиков из запасников

Брюллов К.П. Гулянье в Альбано. Фото: Пресс-служба ГТГ

Интереснейший период истории русской истории искусства и Императорской Академии Художеств (АХ) – первую половину XIX века, предлагает посмотреть сквозь призму академического рисунка Государственная Третьяковская Галерея. Выставка «Конец прекрасной эпохи. Рисунок первой половины XIX века» в залах графики Лаврушинского переулка открыта  с 09 июня по 05 ноября 2017 года.

Экспозиция из запасных фондов Третьяковской галереи, составленная из 200 графических работ академиков живописи, содержит 2 зала рисунков А.А. и А.И. Иванова, один добротный зал К.П. Брюллова и пространство, наполненное работами именитых и некогда всесильных профессоров АХ: Ф.А. Бруни, П.В. Басина и др. Несмотря на то, что здесь очевиден высочайший уровень владения техникой рисунка всех профессоров, в этих небольших работах просматриваются также индивидуальные особенности таланта художников, за которые некоторых из них в дальнейшем исторгнут из рядов АХ (А.Е. Егоров и А.И. Иванов).

Первая половина XIX века была временем высокой политики в области русского искусства, и АХ стала одним из театров боевых действий. Если при образовании этого института ставка делалась на поиск и поддержку талантов простого народа, то на протяжении XX века АХ превращается в аристократическую институцию, выходит за рамки строго художественные.

Брюллов К.П. Полдень в караван-сарае. Фото: Пресс-служба ГТГ
Брюллов К.П. Полдень в караван-сарае. Фото: Пресс-служба ГТГ

Если в первой половине XIX века руководство АХ осуществляют покровители искусства (граф А.С. Строганов, вице-президент П.П. Чекалевский, писатель А.Н. Оленин), то во второй половине XIX века ею управляют только представители Царской семьи (герцог Лейхтенбергский, вел.кн. Мария Николаевна и Владимир Александрович). На рубеже веков Академия превращается в ведомство с широкими карьерными возможностями, и не случайно, что её учениками становятся уже дети дворян. Такие ученики имеют не в пример детям крестьянства и духовенства чувство собственного достоинства, и могут себе позволить независимую позицию. А академики Ф.А. Бруни, П.В. Басин, К.А. Тон, А.Т. Марков становятся высшими авторитетами и законодателями русского искусства, укрепляют свои позиции и не терпят конкуренции. Отсюда и «бунт четырнадцати» 1863 года, и Товарищество передвижных выставок 1871 года как антитеза АХ.

Если начало экспозиции отмечено художниками простого происхождения, иностранцами по происхождению, включая великого и прекрасного К.П. Брюлова, то последний зал занимает уже П. Федотов с его серией сепийных карикатур на офицерский быт. Академики же позволяли себе, как правило, рисовать шаржи только друг на друга– они представляют собой любопытную часть экспозиции.

Карл Брюллов, «великий Карл», невероятен и в своём рисунке. Для тех, кто интересуется историей того периода или творчеством художника, будет познавательно объединить эстетическое удовольствие с познанием Брюллова-иллюстратора и его путевыми зарисовками – сепиями по Турции, Греции и Италии.

К концу XIX века лучшие художественные силы уже работают за пределами Академии, поэтому с 1893 года проводится её реформирование. Но это ещё далеко впереди, а на выставке «Конец прекрасной эпохи…» можно видеть ещё полный расцвет академиков и их премилые рисунки.

Источники: Третьяковская галерея