Театр

Театр Вахтангова представил свою версию пьесы театра абсурда

Артур Иванов (Владимир), Владислав Гандрабура (Поццо), и Матвей Волков (Эстрагон) в спектакле "В ожидании Годо"

«В ожидании Годо» – знаменитая пьеса ирландского писателя Сэмюэля Беккета, относимая критиками к театру абсурда, была представлена на Симоновской сцене Театра Вахтангова.

В последние годы Беккет не сходит с театральных подмостков. Достаточно вспомнить работу режиссера Юрия Бутусова, реализованную в театре имени Ленсовета и удостоенную множества премий. Года три тому назад подобный проект реализовал Вячеслав Долгачев в Новом драматическом театре. Теперь режиссер Владимир Бельдиян на сцене Театра Вахтангова рассказывает зрителям о своей трактовке проблемы ожидания. Как и Долгачев, Бельдиян отрицает абсурдность пьесы. Он также убеждён в том, что ждать – вызов для молодых, поэтому именно молодой (в душе) зритель сможет это в наибольшей степени оценить.

Важно заметить, что смотреть такой спектакль в течение двух часов сорока минут непросто, хотя вахтанговцы  разбивают действо антрактом и даже выносят второй акт на другую сцену. Тому виной прежде всего философско-социальная проблематика текста, совершенно напичканного тонкими намёками и едкой сатирой.

Матвей Волков (Эстрагон), и Артур Иванов (Владимир) в спектакле "В ожидании Годо"
Матвей Волков (Эстрагон), и Артур Иванов (Владимир) в спектакле “В ожидании Годо”

Беккет написал «В ожидании Годо» на французском языке вскоре после окончания Второй мировой войны – в 1948 году. Герои пьесы – это трагикомичные собирательные персонажи-странники, которым даны имена чуть не со всего света. Владимир получил исконно славянское имя «владеющий миром», Эстрагон – название травы богини Артемиды, пришедшее к французам через арабов, Поццо (ит. Pozzo) – колодец, Лакки (от англ. Lucky) – счастливчик. Неслучайно премьера французской версии спектакля состоялась в 1953 году в «Театре Вавилона»…

Владимир и Эстрагон ждут некоего Годо, и это ожидание вносит смысл в их жизнь и дарит ей надежду. Фигура Годо – такая недосягаемая, созданная надеждами и пересудами – становится предметом догадок многих исследователей. Если её убрать, то жизнь бродяг представляет собой коротание времени и бессмысленную болтовню. Мимолётность их жизни показывает дерево, у которого они ждут своего Годо и на котором им даже не удаётся свести счёты с жизнью.

Матвей Волков (Эстрагон), и Артур Иванов (Владимир) в спектакле "В ожидании Годо"
Матвей Волков (Эстрагон), и Артур Иванов (Владимир) в спектакле “В ожидании Годо”

Образы Владимира и Эстрагона в Театре Вахтангова воплотили Артур Иванов и Матвей Волков. Надо сказать, что сделали они это с той философской глубиной, которая предполагалась Беккетом. Именно их дуэт, пожалуй, и держал внимание зрителя на протяжении всей постановки.

На пути бродяг периодически встречается пара учителя и ученика – Поццо и Лакки. Здесь появляется социальная проблематика. Поццо – настоящий тиран, относящийся к Счастливчику как к собаке. «Как Вы смеете так обращаться с людьми?», – спрашивает Поццо Владимир. Вскоре становится понятно, что жертва не так проста и безобидна, как это можно себе представить.

Владимир Бельдиян, режиссер спектакля "В ожидании Годо"
Владимир Бельдиян, режиссер спектакля “В ожидании Годо”

Пара Поццо и Лакки находится в плену общества. «Попросите меня сесть!», – умоляет уставший первый, не могущий снизойти до банальности; «Без шляпы он не может думать», – узнаём мы о втором. На протяжении пьесы мы слышим воззвания к Богу, вопросы к нему, философские размышления и, пожалуй, все возможные проявления уныния.

Люди мгновенно забывают друг о друге, не узнают друг друга при следующей встрече, но не могут расстаться и продолжают сосуществовать бок о бок. Постепенно всё приходит к невыносимому, но всё же бездеятельному финалу.

На наш взгляд, «В ожидании Годо» пропитана одиночеством бытия. Но задачи создать такую атмосферу на сцене не было. «Мы не занимались специально проблемой одиночества, – рассказал «Э-Вести» исполнитель роли Владимира Артур Иванов. – Но одиночество – это неотъемлемая часть нашей жизни. Как с этим справиться? С помощью любви – лекарства от всяческих бед, которые нас окружают: одиночества, отчаяния, и т.п. Для кого-то это любовь, для кого-то – Бог. Бог – это любовь, каждый выбирает для себя». Пожалуй, лучшего напутствия зрителю и не скажешь.

Возможно, образ Бога, присутствующий в диалогах пьесы «В ожидании Годо», и притягивает к ней внимание режиссеров и зрителей уже несколько десятилетий? Некоторые исследователи, кстати, полагают, что Годо – это и есть образ Бога.