История

Российская испанистика снова идёт на поводу конъюнктуры

Гиммлер и Франко

Нет-нет, да и появляются исследования из-под пера российских испанистов “на потребу дня”. Сколько раз говорено-переговорено на тему того, что надо иметь собственную позицию в науке, ведь российская испанистика – это тоже наука, только страноведческая. Унижать, принижать эту дисциплину – российскую испанистику, никому не позволено.

Я – ученик С.П. Пожарской и М.Т. Мещерякова – двух основателей современной российской испанистики. Всем известно, что Светлана Петровна Пожарская вышла из когорты учеников Ивана Майского – бывшего посла СССР в Великобритании и при Комитете по невмешательству в испанские дела в эпоху правления Иосифа Сталина.

Попав в немилость к “вождю всех времён и народов”, он был сослан в МГУ заведовать кафедрой истории западноевропейских стран. Выдающийся учёный и мыслитель И.М. Ляховецкий (это настоящая фамилия Майского – он бывший меньшевик и соратник Юлия Мартова) был последовательным сторонником объективизма в исследовании Испании. Его классический труд “Испания XX века” – тому свидетельство.

И.М. Майский
И.М. Майский

С.П. Пожарская, несмотря на все перипетии, взлёты и падения взглядов на Испанию на протяжении всех 40 лет, пока она была прима-исследователем, неизменно подчёркивала, что “изучая Испанию, надо следовать какой-то одной линией, пусть она и кажется кому-то ошибочной”. Её классическое произведение “Тайная дипломатия Мадрида” – также тому свидетельство.

Меня, совсем молодого учёного, когда я ещё учился в ВУЗе, привлекли к написанию программного, установочного произведения – “Современная Испания” под редакция М.Т. Мещерякова, изданного в 1983 году. Если так можно сказать, я ещё ребёнком стоял у истоков современной российской испанистики. В авторский коллектив вошли все первые лица испанистики той поры.

Я был в числе участников и входил в состав оргкомитета Первого конгресса испанистов, проведённого С.П. Пожарской и С. Гончаренко, где выступил с программным докладом личный представитель Дома Бурбонов – духовник короля отец Бартоломе Висенс Фиоль.

Сегодня как никогда нужна не просто объективистская, а объективная оценка Испании, чересчур сложны и противоречивы камуфлеты текущего момента: у власти в стране находятся левые, олигархия представлена правыми, а народ кипит, 12 миллионов страждущих, бедствующих безработных – такого не было никогда.

С.П. Пожарская
С.П. Пожарская

Одним словом, Испания находится на перепутье, и сейчас нужны статьи и исследования, которые пролили бы свет на тёмную сторону Луны – отразили бы не только сегодняшнюю ситуацию – куда идёт страна и куда её вести, но и дали бы объективную этимологию, анамнез происходящего в Испании.

Когда ты читаешь исследование молодого начинающего испаниста, который говорит, что в недрах франкизма зарождались либеральные, демократические эмбрионы, которые затем вылились якобы в либеральные реформы 1959-1964 годов, проводимые технократами из Opus Dei – это вызывает оторопь.

Я хочу напомнить лишь один эпизод из истории франкизма, о котором, как видно, российские испанисты склонны быстро забывать, либо упускать его из виду.

Первым министром иностранных дел в “правительстве Франко”, когда последний был заговорщиком, а не главой государства, руководителем внешнеполитического ведомства был небезызвестный Франсиско Серрат-и-Бонастре. Это легендарная личность. Не хочу говорить подробно об эпизоде в истории франкизма, связанном с именем этого человека, но его пример – яркое подтверждение тому, насколько при Франко всё было “замешано” на тёмных реакционных замыслах руководителей последующей “тоталитарной секты”, которая в неизменном виде просуществовала практически 40 лет, а частично существует и поныне.

Всем дипломатам, причём не только испанским, а и российским следует прочитать воспоминания этого человека, который с присущими ему смелостью и мужеством, предпослав блестящее предисловие издал выдающийся испанский исследователь франкизма Анхель Виньес, которого я давно и лично знаю.

Франсиско Серрат-и-Бонастре
Франсиско Серрат-и-Бонастре

Всё же несколько слов о Франсиско Серрат-и-Бонастре следует сказать. Он, поверив заговорщикам, соблазнённый романтизмом первых фашистов, лично зная верхушку “фаланги”, попал на самую вершину заговорщической пирамиды – вёл все переговоры и международные связи по линии заговорщиков ещё до того, как они превратились в вооруженную оппозицию Республике. Можете представить себе, сколько знал этот человек о заговоре, о заговорщиках и лично о Франсиско Франко? Наверное, немало, не так ли?

Будучи порядочным человеком, высоким профессионалом и глубоко верующим католиком, разочаровавшись в двойных стандартах политики заговорщиков и увидев у них примитивные корыстные установки (в первую очередь, генерала Франсиско Франко и его ближайшего окружения), он занял позицию принципиального противника как заговора, так и франкизма. Ему пришлось нелегко – он бросился “в бега”, долгое время скрываясь в нейтральной Швейцарии, где и начал осмысливать происходящее и готовить свои “взрывоопасные” мемуары.

У меня лежит эта книга на письменном столе, и я время от времени перечитываю отдельные куски этого яркого произведения – вот где действительно видна объективность в оценках и даны прогнозы развития событий не только в ту пору, когда только зарождался заговор и начиналась Гражданская война, но и долгосрочный анализ. Автор неоднозначно оценивал расстановку сил в ту пору, но вполне чётко определял будущее Испании: страна должна очиститься от всей франкистской скверны и пойти по пути развития европейских демократий, по образцу Франции и Англии.

Задача российских испанистов, как и вообще исследователей европейских стран, как мне представляется – служить неизменно одному – научной истине, а вступать на путь исследователя, пытающегося уловить “конъюнктуру момента” – дело неблагодарное. Конъюнктура на то и конъюнктура, что она часто меняется. А то, что написано, “не вырубишь топором”. Иногда за свои слова затем бывает стыдно.

Подписаться на рассылку