Россия

РФ и Испания обсуждают вопрос правопреемства после диктатуры

Первое, что бросается в глаза – это огромное цунами в российской и испанской прессе о правопреемстве (континуитете) по отношению к предыдущему государству. И первый, и второй случай – отражение внутренней напряженной дискуссии в экспертно-политическом сообществе двух стран.

Если в России дискуссия развернулась накануне переходного периода “От Путина до Вечности”, то в Испании она идёт вокруг проблемы правительства Народного единства 1930х годов и современного правительства, в идейно-политическом отношении очень близкого тому правительству, но по своей внутренней и внешней политике серьёзно отличающегося от него.

Дискуссия вокруг позиции судьи Конституционного суда РФ – отражение долгой и мучительной дискуссии вокруг цивилизационного пути развития России, и в этом смысле – её правовой основы. Здесь надо понимать две вещи: отсутствие единства внутри политического, правового и научно-экспертного сообщества относительно того, является ли нынешняя Российская Федерация в полном смысле членом “клуба” цивилизованных стран. Однозначного ответа, как мы видим, не существует.

Одни говорят: “Да Бог с ним! Нас не берут в этот “клуб” – и не надо, у нас свой путь!”. Кто говорит – евразийский, кто говорит – азиатский, кто говорит – византийский, а кто-то тихо и скромно говорит: “Да пошли бы они… Мы – Третий Рим! И дело с концом”.

Мы помним 2008 год, когда решением Конституционного Суда были поставлены последние точки над “i” в “деле Романовых”. Убийство семьи бывшего императора признано преступлением против человечества, не имеющим срока давности, а останки, найденные в Ганиной яме под Екатеринбургом, по мнению российских властей и российской юриспруденции, ставят точку в вопросе о принадлежности их Романовым.

Иными словами, этим как бы подводится черта под тем, что было совершено преступление, ему дана официальная оценка и произошёл правовой переход к правопреемству Российской Федерации, в том числе, и в вопросе легитимности верховной власти.

Но остаётся вопрос о признании найденных останков царской семьи Русской Православной Церковью, которая категорически отказалась признавать найденные останки, тем самым навсегда закрывая темы признания Западом легитимности Российской Федерации и доступа властей страны к наследию Романовых, хранящемуся в ряде закрытых счетов, прежде всего, швейцарских банков. Таким образом, дискуссия продолжается, и даже набирает обороты.

Нечто подобное происходит и в Испании, пусть и под знаком “минус”. Это относится к вопросу о переносе останков диктатора Франсиско Франко Баамонде, которые превратились в “цунами” в общественном сознании, так как в повестку дня встал вопрос о легитимности его власти и, следовательно, о легитимности её передачи в руки монархии, против которой он “де-факто и де-юре” воевал. По крайней мере, это происходило в период с марта 1936 по март 1937 года, когда Франко возглавлял Республиканские вооружённые силы.

Конечно, можно поставить все точки над “i” и сказать: так было, так случилось, но мы об этом забыли. Но историческая память, тем более национальная историческая память – это не память наёмного летописца, готового переписывать историю столько раз, сколько ему скажут. Вокруг наследия генерала Франко как его сторонники, так и его противники ведут ожесточённую дискуссию.

Как и в России вокруг материального наследства Романовых, большое число оппонентов ставят вопрос о материальном наследии диктатора. Сумма только исчисленного материального богатства генерала Франко, ушедшего в ноябре 1975 года, обозначалась в $400 миллионов, но сумма постоянно оговаривалась, и вновь и вновь подвергалась пересмотру. В ряде СМИ сегодня она удваивается и утраивается.

Вопрос: “А не будет ли справедливо, чтобы эта сумма, которая сегодня оценивается в число с девятью, а то и одиннадцатью нулями, перешла в казну и стала основой для материального обеспечения тех семей, которые по Закону об исторической памяти были жертвами политических репрессий и созданной Франко машины политического преследования?”. Так было сделано в других странах: Италии, Германии и других странах Евросоюза.

Будет справедливо, если продолжить мысль судьи Аграновского дальше, определить компенсацию пострадавшим от репрессий в современной России, не ограничивая её только компенсацией квартир трём женщинам, потерявшим их в результате политического преследования.

В Испании и России много общих черт в современной общественной жизни. Это проистекает из “бурного недавнего прошлого”. Люди – граждане как России, так и Испании – в правовом смысле имеют абсолютно тот же статус, что и их так называемые руководители разных времён, лишь только с той разницей, что руководители, пользуясь своими “полномочиями”, могли организовывать политические репрессии, а люди, ставшие их жертвами, имеют легитимное право отстаивать своё право на компенсацию.

Добавьте «Э Вести» в свои избранные источники
Yandex-News