Привлекательный капитализм, или поиск национальной идеи

Майские праздники вновь поставили вопрос о поиске национальной идеи. Вновь поднимается вопрос о том, что есть суть отношения трудящихся к экономическим успехам своей страны.

Анализ лозунгов манифестаций и маршей по всему миру показывает, что общественные организации, объединяющие трудящихся ведут поиск действенной альтернативы существующим типам экономик в своих странах, и в целом модели капитализма, установившейся на большей части планеты.

Анализ позволяет сделать следующий вывод о том, что экономика не может быть ни неуспешной, ни успешной. Экономика может быть такой, каков социальный заказ в обществе. Если говорить о мировой экономике в целом, то ясно одно: так называемый мировой социальный заказ (современная глобальная экономика) – это экономика в интересах так называемого “золотого миллиарда”. Остальные шесть миллиардов на Земле существуют и живут по канонам формулы “как Бог на душу положит”.

Если говорить научным языком, то никакой продуманной взвешенной глобальной модели развития мировой экономики попросту не существует – это миф. Существует тринадцать-четырнадцать тысяч транснациональных корпораций, которые вот уже 40 лет в спокойном и комфортном режиме делят политические, экономические, сырьевые ресурсы, и делают они это открыто, легально, обращая все свои корыстные цели в формулы международного права и в механизмы международных институтов.

Заметим, что ежегодные всемирно-экономические форумы закрепляют эти посылы в общепризнанные, и по сути дела принятые всем мировым сообществом, постулаты: промышленно-развитый мир потребляет, развивающийся мир поставляет идеи, природные ресурсы и рабочую силу. Надежда мирового интеллектуального сообщества на то, что наука сама по себе, за счёт своих инновационных идей, якобы делающая производство более дешёвым и менее капиталоёмким, сможет преобразовать формулу 3+1 не состоялась.

Россия, призванная по факту своей территории, своей духовности, своему научно-интеллектуальному потенциалу, а также немерянным природным ресурсам (одна Россия содержать за счёт своих ресурсов сможет 50 лет содержать всё человечество) не влияет на модель устойчивого поступательного развития на планете. Россия по-прежнему находится в поиске своей национальной идеи.

Об этом говорят как выступления рупоров власть предержащих (от Никиты Михалкова до думских мыслителей), а также широкий разброс и шатание в стане заказных философов в Академии Наук. А улица думает иначе. А улица думает вот как.

Национальная идея – это ничто иное как социальная экономика. И широкие массы трудящихся понимают социальную экономику только одним образом: стало или не стало им лучше, комфортнее жить. Есть ли реальная возможность для них повысить своё материальное благосостояние в рамках одного трудового цикла: от 25 до 40 лет, или нет.

С точки зрения социально-классовой структуры общества к разговору о национальной идее возникает один очень серьёзный вопрос: как общество может поступательно развиваться и давать широкие возможности для повышения уровня жизни, а затем и качества жизни, если весь предпринимательский класс составляет 2.9% населения (данные Сбербанка)?

Наше глубокое убеждение состоит в том, что национальная идея может быть только одна: жить там, где жить комфортнее, и поддерживать то государство и то общество, которые дают широкие возможности для постоянного роста социально-экономического благосостояния. Какой же смысл говорить о национальной идее людям, которые в своей массе озабочены только тем, как прожить от зарплаты до зарплаты, от пенсии до пенсии. Все болезни населения, все его социальные язвы, отсутствие так называемых социальных перспектив (надежд) не способствуют полноценной выработки национальной идеи.

Не может быть идея национальной, если широкие слои населения (более трёх четвертей) не хотят и не могут поддерживать рост благосостояния двухстам семьям в стране.

Инновационные идеи, приходящие из научного мира – такие как цифровизация, блокчейн-модели – безусловно могут способствовать двум критериям: 1) повысить рентабельность и доходность передовых компаний и 2) кратно повысить производительность труда.

Но опять же, почему инновационные идеи направлены на развитие экономики, но не направлены на создателей этой экономики? Они не направлены на интересы реальных производителей экономики, и не делают её социальную структуру более разнообразной.

Мы можем сколь угодно долго критиковать социалистический режим в Китае, обличать его догматизм и т.п. Но факт остаётся фактом: китайское руководство смотрит в завтрашний день. Китай – посткоммунистическая или коммунистическая страна, идущая семимильными шагами по пути создания социального государства и социального мира через создание реального среднего класса (500-600 миллионов человек за десятилетие). Китай успешно решает этим две стратегические задачи (страна уже решила задачу поиска национальной идеи): страна уходит от зависимости от внешних рынков не меняя существующую экспортно-ориентированную модель, и обеспечивает себе социальную подушку, выраженную в создании социального амортизатора в лице оптимистичного, уверенного в завтрашнем дне социума.

Китай – не только преуспевающая экономическая сверхдержава, но и страна, вызывающая редкую зависть не только у экономик старого континента, но и законный трепет и нескрываемый восторг у экономического класса Нового Света.

Так почему бы не сосредоточиться и у нас в стране на формулировке двух простейших тезисов – создании среднего класса с большим экономическим запасом развития и предоставлении широких возможностей для предпринимательства, не загоняя его в социальную резервацию и придав ему реальный импульс и прежде всего в законодательной, но и, конечно, в кредитной сфере.

В нашей стране к широкой дискуссии относительно амнистии капитала в нашей стране, которая свелась к компанейщине по вопросам капиталов российских предпринимателей за рубеж, не стоит ли воспользоваться опытом китайского руководства эпохи начала великих реформ, когда китайское руководство умело провела ряд законодательных актов в пользу “хуацзяо” – китайцев, проживающих за рубежом, которые искренне поверили в стабильность инвестиционного климата на своей исторической родине, и начали вкладывать в экономику страны своих отцов и дедов, тем самым продемонстрировав западному капиталу, прежде всего американцам (до 10% совокупных инвестиций в КНР обеспечивали американские инвестиционные компании).

Из раза в раз российские туристы по всем каналам (от РБК до Совершенно Секретно) в один голос ведут следующий разговор: не будут западные инвесторы вкладывать, как предполагается, что они должны вкладывать в экономику России до тех пор, пока собственный российский капитализм не обретёт черты привлекательного и комфортного по инвестиционным условиям финансово-кредитного рынка.

В выступлениях ряда юристов и правоведов, специализирующихся на режиме защиты инвестиций в России, рефреном звучит одна и та же мысль об отсутствии законных и надёжных гарантий для предпринимательской деятельности, а тем более для иностранных инвестиций в российскую экономику.

Более того, как отмечает ряд юридических компаний, фокусирующих свою деятельность на привлечении инвестиций, в том числе в инновационные сферы, утверждают, что мало того что не существует стабильного режима гарантий для деятельности капитала, но и в ряде случаев сигнал, поступающий из центров принятия решений в стране в адрес держателей капитала такой: либо вы подчиняетесь постоянно меняющимся правилам игры, и держите нос по ветру, либо мы попросту найдём способ вас принудить вернуть капитал, заработанный в российской экономике.

В заключение хочется сказать, что итоги Первомайских маршей и демонстраций по всему миру сводятся к тому, что широкие слои трудящихся мира не согласны, и вряд ли согласятся с существующей социально-классовой неразберихой в своих странах, ведущей в ряде случаев к ухудшению социально-экономического положения населения, и никогда не смирятся с отсутствием национальной идее, так как она и призвана исполнять одну задачу – вызывать к жизни энтузиазм населения для повышения своего уровня жизни, укрепления мощи и процветания государства.

Вспомним слова Наполеона, который говорил: “Презренны люди, когда они в ранге рабов, и прекрасны люди, когда они на пути свободы и процветания”. Можно эти слова корсиканца сделать девизом найденной нами в этой статье формулы национальной идеи.