Банки и Кредитование

Пандемия ухудшила конкурентную среду в банковском секторе

Банковская конкуренция

По всему миру раздаются голоса о том, что пандемия нового коронавируса ухудшила положение наиболее уязвимых, бедных слоёв населения. Говоря проще, в этих кризисных условиях бедные стали беднее, а богатые – богаче. Эта проблема не обошла стороной и банковский сектор России, в наибольшей степени ударив по его средним и небольшим представителям, и стала одной из важнейших тем, поднятых сегодня на онлайн-Съезде АРБ (Ассоциации Российских Банков) 2020 года.

На мероприятии традиционно присутствовали представители Центробанка России, которым довелось услышать о проблемах банкиров из первых уст. Но они не проявили особого желания обсуждать эту тему, поскольку регулятор уверен, что курс на стабильность через поддержку крупного банковского сектора совершенно оправдан и доказал свою жизнеспособность для экономики России. “За последние годы банковский сектор стал более устойчивым”, – парировала зампред Центробанка О.В. Полякова.

Регулятор считает достаточной поддержку банковского сектора через снижение выплат в бюджет, например, уменьшение отчислений в Фонд социального страхования, которая “даёт 70 миллиардов рублей”, и рекомендует банкам соответствовать его критериям, чтобы держаться на плаву. “У вас должен быть спасательный трос”, – советует Ольга Васильевна, напутствуя банки проводить более острожную кредитно-денежную политику.

Но и пандемия коронавируса не побуждает Центробанк предоставлять крупному и мелкому банковскому сектору равные возможности на рынке. А ведь это – именно то, что им необходимо для успеха и конкуренции.

Председатель правления “Челябинскинвестбанка” Сергей Бурцев описывает довольно безрадостную конкурентную ситуацию в жизни небольших банков. Он говорит о том, что на сегодняшний день более 50 документов, регулирующих доступ банков к деятельности, требуют от них иметь высокий капитал. Некрупные банки при этом ограничиваются в возможностях кредитования, а крупные всюду получают конкурентные преимущества. Так, если мелкий банк нарушает инструкцию, то на него накладывается ощутимый штраф и возникает риск отзыва лицензии, а крупный имеет все возможности заплатить штраф и продолжать делать то, что считает нужным.

Но, пожалуй, самое существенное ограничение, которое проявилось во весь рост в эпоху пандемии – это отказ в доступе к госзакупкам и госпрограммам. “Даже к программам поддержки в условиях пандемии были допущены только банки с госучастием, – рассказал руководитель АРБ Г.А. Тосунян, – Но почему клиента вынуждают идти за ними в другой банк?”.

Гарегин Ашотович уверен в том, что конкуренция в банковской сфере, а за ней и благополучие банков любого калибра напрямую связаны с благополучием России. “Не будет доверия инвесторов ко вложением своей страны – не будет и долгосрочных инвестиций”, – говорит он. “По мере монополизации страны и её банковской системы сокращается и ВВП.  Это не случайная корреляция”, – уверен Г.А. Тосунян.

Действительно, самая богатая страна в мире, имеющая природных ресурсов на $75.7 триллионов (почти вдвое богаче США), по уровню жизни населения замыкает сотню стран мира, следуя за Уругваем, Польшей и Словакией. Если в страну не приходят инвестиции, то она будет вечной жертвой оттока капитала и отсутствия инвестиций. Из страны в 2019 году уехало $26.7 миллиардов, а вернулось в качестве прямых инвестиций только 19 триллионов рублей.

Трудно понять Центробанк, почему он не слышит этих доводов. Неужели так страшно отпустить вожжи и жить в условиях конкуренции, как это делают во всех развитых странах? Это, кстати, ещё одна очевидная корреляция и довод в пользу конкуренции банковского сектора, которая способна сделать страну и её людей богаче.

Подписаться на рассылку