Культура

Может ли Сальвадор Дали сблизить Россию и Испанию?

Миф о том, что Сальвадор Дали – самый известный испанский художник “всех времён и народов” – порождение эпохи франкизма. Да, масштаб его деятельности велик – в одном человеке объединились художник, писатель, философ, деятель кино, драматург, поэт, автор произведений скульптуры, керамики, мебели, архитектуры, основатель сюрреализма. И в его личности действительно соединились испанская и русская культуры, но в их наихудшем варианте.

Имя Сальвадора Дали взлетело на Олимп мировой славы неслучайно. Это восхождение так или иначе совпало со знакомством художника с его музой – авантюристкой мирового класса Еленой Дьяконовой, известной под именем “Гала”.

Будучи парой выдающегося французского поэта Поля Элюара, Елена Дьяконова стяжала славу того, что в ту эпоху называли звездой Beaumont-sur-mer “бомонд сюр мэр”, или Etoile “этуаль”. Расположения дивы искали выдающиеся деятели искусства и культуры той поры. Дело в том, что Париж в эпоху 1910-1920х годов – это столица не только мировых культурных течений, от модернизма до утопизма и футуризма, но это ещё и кузница браков.

Galarina. Портрет Елены Дьяконовой, выполненный Сальвадором Дали в 1944 году

Если вы посмотрите на эпоху, которая в литературе обозначена как эпоха “Кафе Ротонд”, или период “Сакрэ кёр”, то вы увидите, что мода на всё русское и на всё аристократичное – тренд времени. Сколько браков с русскими аристократками, сколько воспевания всего русского и ценностей русского Серебряного века – достаточно почитать мемуары людей той поры, от Максимилиана Волошина до Александра Куприна.

Что и говорить, попав в Париж той эпохи и начав “вариться” в питательной среде бомонда, молодой Дали был очарован и вдохновлён энтузиазмом творчества и высокими образцами культуры, которые он до тех пор не знал, будучи провинциалом из “захолустья Европы”, как тогда называли Каталонию. Ничего удивительного, что Дали стал целенаправленно ухаживать за популярной “девицей” Еленой Дьяконовой. Удивительно другое – что Елена Дьяконова ответила на его ухаживания.

Поль Элюар

Покинув модного поэта и законодателя дум европейской культуры той поры Поля Элюара, она одновременно становится другом, женой и, самое главное, единомышленницей безусловно талантливого, но весьма беспринципного художника-искателя приключений Сальвадора Дали.

Союз двух сердец – это в реальности деловой контракт на всю жизнь. Ведь если бы не Елена Дьяконова, не быть Сальвадору Дали тем, кем он стал впоследствии.

Авантюристический склад, острота мышления, нестандартность поведения, стремление к слому всех устоявшихся образцов светского поведения того времени – все эти характеристики были присущи прежде всего Елене Дьяконовой, а вовсе не Сальвадору Дали, как затем стало принято считать.

Успех и слава Сальвадора Дали – это умение слушаться и слышать свою жену. Дали никогда не благодарил её, по крайней мере, публично. Видимо, это была дань нормам их ПиАр-кампании, которую они так умело придумали.

Вместе с тем, тот факт, что Сальвадор Дали, накопив огромное состояние, став одним из самых богатых деятелей культуры своего времени, оставил всё своё наследство только своей любимой музе – Елене Дьяконовой.

Однажды мне довелось общаться с (уже тогда) вдовой Сальвадора Дали – Галой. Общение с ней произвело на меня неизгладимое впечатление. Я, будучи молодым человеком, был представлен ей одним из профессоров Барселонского университета, другом нашего дома, и попытался поговорить с ней на её родном языке – русском. Каково было моё удивление, когда эта русская женщина мне ответила на ломаном русском языке, с показным французским акцентом (как мне показалось, весьма деланным). Это, по всей видимости, должно было показать мне её отрешенность от своих корней и дистанцированность от всего русского. И, наоборот, принадлежность её ко французской культуре, которую (как она неоднократно отмечала впоследствии) считала высокой и изысканной. Хотя сама Дьяконова, конечно, была носителем образцов русской культуры времён Серебряного века. И всё, что она “привила” Сальвадору Дали – трость, усы, выспренность в выражениях – это всё напоминает атмосферу “Бродячей собаки” начала XX века, манеры Игоря Северянина и других поэтов-имажинистов.

Игорь Северянин

Можно говорить об этой паре сколь угодно долго, приводить массу курьёзных примеров из их жизни – но это дело неблагодарное. Этому не будет ни конца, ни края.

Я лишь хочу привести один эпизод, который покажет, кем был выдающийся сюрреалист Сальвадор Дали. Первое, о чём я хочу рассказать – это как Сальвадор Дали начал восхождение к своему Олимпу (я при этом намеренно обойду все имена – никого не хочу задевать, так как все упоминаемые люди ещё живы).

На одном из известных банкетов, в числе первых организованных в Нью-Йорке в честь прибытия Сальвадора Дали в США, посвящённым началу его выставки, произошёл следующий случай. Дали, одетый, как всегда, в хламиду – халат на голое тело с отверстием для головы, расцвеченный яркими цветами, в сандалиях на босу ногу, сев за стол напротив богатого мецената-миллионера как бы невзначай под столом несколько раз наступил ему на ногу. Американец подозвал официанта и спросил его: “Кто этот человек, который сидит напротив меня, он такой странный?”. В ответ подговорённый Сальвадором Дали официант ответил богатому американцу: “А Вы что, не знаете? Это новомодный, очень известный испанский художник, произведения которого висят в соседнем зале. Сходите и посмотрите!”.

В результате американец стал скупать произведения испанца, а в конце концов сложилось так, что большая их часть была куплена в Америке и осталась там.

Я не хочу сказать, что именно благодаря этому эпизоду Сальвадор Дали стал супер-известен в США и во всём мире. Конечно, нет. Этому предшествовала большая и серьёзная ПиАр работа. Достаточно сказать, что сценарий к известному фильму другого сюрреалиста Луиса Бунюэля “Андалузский пёс” написал тоже Сальвадор Дали, а это фильм 1928 года. Конечно, Дали задолго до своего приезда в США был заметной фигурой на ниве новомодных модернистских течений в искусстве.

Томмазо Маринетти

К слову сказать, Сальвадор Дали, наряду с другими сюрреалистами даже пытался сформировать мировой, международный фронт прогрессивных деятелей культуры, целью которого была борьба с фашизмом и вообще с идеями консерватизма и ретроградизма. Если в Италии поднимал голову Томмазо Маринетти – основатель футуризма (один из заметных деятелей итальянского фашизма, его идеологов, попавший в плен советским войскам под Сталинградом), то на противоположном идеологическом фланге находился Сальвадор Дали с его ультрарадикальными левыми взглядами, которые поддерживались практически всеми европейскими левыми, включая Федерико Гарсиа Лорку и Пабло Пикассо.

Каково же было удивление большинства деятелей культуры той поры, когда Сальвадор Дали “впереди планеты всей” побежал приветствовать фашистов, победивших в Гражданской войне в Испании, и затем “взахлёб” выступал в пользу таких одиозных фигур, как Адольф Гитлер.

Исследователи творчества Дали впоследствии писали о том, что не стоит придавать значения ошибкам молодости выдающегося художника. Мол-де он же художник, человек искусства, а не политик! Простим ему его “земные прегрешения”! Кто не ошибался?! Ошибаются все!

Да нет же, это не так. Сальвадор Дали был вполне убеждённым человеком. Это следует из его деятельности, из его литературных произведений, из его высказываний, повседневной жизни. Только его убеждения – это не его убеждения, это его “неубеждения”. Его убеждения – это поклонение Золотому тельцу, моление богу Маммону во имя нарушения всего и вся, лишь бы быть обласканным властью. Он будет делать всё, чтобы власть и деньги его ласкали. Он об этом говорит прямо, без тени лукавства. Этот цинизм граничит с безнравственностью и дерзостью.

Сальвадор Дали. Христос Святого Иоанна Креста

Миф о том, что Сальвадор Дали – самый испанский художник из всех испанских – неверен. Для сравнения, Сергей Рахманинов – безусловно, самый русский композитор, несмотря на то, что он практически всю свою жизнь прожил во Франции и в США. Но, в отличие от Сальвадора Дали, он в своих произведениях был верен своим русским корням, русскому духу на протяжении всего своего творчества.

Всё творчество музыканта: от Всенощной литургии до Второго концерта, все его романсы пронизаны ностальгией и трепетным возвышением русского духа. И здесь, конечно, не обошлось без Православия. Ведь Сергей Рахманинов был глубоко верующим православным человеком.

А вот что касается Сальвадора Дали, то у меня здесь большие сомнения в том, что он был верующим когда-либо, хотя он неоднократно заигрывал с церковью и её деятелями. Но деятели христианских церквей старались избегать общения с ним, тем более публичного. Его восхваление буддизма, ламаизма и других религиозных течений звучит как очередная форма эпатажа, не более того.

Никогда не забуду слова моей покойной матушки, всегда говорившей: “Как бы Сальвадор Дали не возвеличивал творчество Диего Веласкеса – это всего-навсего его желание примазаться к именам великих испанцев (он в душе считал себя сопоставимым с ними), он был последователем Босха”.

Отсюда и его самая известная скандальная картина, изображающая летящего Христа. Это произведение конца 1940-х годов ничто иное как глумление над религиозными чувствами христиан. На этой картине изображён падающий в бездну распятый Христос, а автор стоит над его головой, глядя, как Христос летит вниз, в пропасть. Он как бы ставит себя выше Христа, над Христом.

Но и здесь Сальвадор Дали верен себе. Скандал, связанный с отречением его от Церкви (а из-за этой картины он был предан анафеме), был преподнесён так, что художник якобы может быть над моралью, а Сальвадор Дали якобы получил право быть вне морали. Христианство, как он утверждал, есть часть человеческой морали, а не Вера, как считают христиане.

Моя матушка, узнав об этой картине и её авторской интерпретации, сказала: “Да, конечно, Сальвадор Дали выдающийся художник, но это тот самый случай, когда творчество и личность не совпадают. Его творчество, безусловно, значительно, но его личность вызывает оторопь и отторжение у любого мало-мальски здравомыслящего человека”. И добавила: “Как может художник, сколь бы талантлив он ни был, ставить себя выше Бога? Он тем самым ставит на себе крест”.

В заключение хочется сказать, что Сальвадор Дали – крупное явление в мировой культуре. Но, как и всякое явление, он неоднозначен. Надо смотреть, наблюдать, рационализировать его творчество, и, я уверен, что зритель будет приходить к разным мнениям об этом, зачастую противоположным. Хотелось бы только, чтобы он помнил о том, что Сальвадор Дали не является типичным представителем Испании и её культуры. Он в той же мере испанец, как и русский.

Добавьте «Э Вести» в свои избранные источники
Yandex-News