Новости рынков

19 апреля 2016 года в России вступил в силу Кодекс добросовестных практик в фармацевтике

Реальностью нашей жизни после СССР стал приход в Россию глобальных компаний – сильных мировых производителей, имеющих потенциал инвестирования и многолетний, часто вековой, опыт производства и реализации продукции на мировых рынках.

Глобальные компании стали существенной частью экономики России и вступили во взаимоотношения с правительством, населением РФ и российскими компаниями в различных партнёрских качествах: поставщика, заказчика, работодателя, инвестора и дистрибьютора.

Взаимоотношения подразумевают взаимные интересы, и, в некоторых случаях, могут возникать конфликты. Конечно, такие случаи регулируются законодательно КЗОТом, ГК и УК России, но в европейской практике принято снижать потенциал конфликта путём соглашений и переговоров. Одним из вариантов таких соглашений, опробованным в мировом масштабе, является Кодекс добросовестных практик ведения бизнеса, которым оговариваются принципы и границы взаимодействия компаний внутри него.

Наша статья приурочена к старту Кодекса добросовестных практик в фармацевтике, представленного на совместной пресс-конференции Ассоциации Европейского Бизнеса (АЕБ) и Федеральной Антимонопольной Службы России (ФАС), и базируется на материалах этой пресс-конференции.

Кому понадобился Кодекс добросовестных практик в фармацевтике?

По словам доктора Франка Шауффа (Dr. Frank Schauff), кодекс готовился полтора года 15 компаниями – фармпроизводителями, членами комитета по здравоохранению и фармацевтике АЕБ, в ответ на предложение главы ФАС И.Ю. Артемьева, прозвучавшее в сентябре 2014 года. Они же будут первыми подписантами Кодекса.

Dr. Frank Schauff

Первый выгодоприобретатель – инициатор, ФАС РФ. Служба заинтересована в уменьшении количества жалоб и обращений, то есть конфликтов. По словам Игоря Артемьева, ведомство нуждается в перенесении положительного европейского опыта и ожидает следующих благ:

  • Открытость и прозрачность фармбизнеса в целом
  • Ясность во взаимоотношениях между дилерами и фармпроизводителями
  • Антимонопольный эффект

Вступление в силу такого кодекса И. Артемьев считает проявлением «добра, справедливости и демократии».

Фармпроизводители (имеются в виду только лекарственных средств, Кодекс не распространяется на субстанции, технику и пр.) также находятся в очевидном выигрыше. Во-первых, большинство из них готовы работать по практикам, в основе которых – мировой опыт, привычный для глобальных компаний.

Yury Litvischenko

Второе. Одной из целей Кодекса было достижение согласия бизнеса и государства. По словам Юрия Литвищенко, председателя Комитета АЕБ по фармацевтике и здравоохранению и гендиректора Кьези (Chiesi Pharmaceuticals), Кодекс «направлен на снижение рисков антимонопольного воздействия» для фармкомпаний.

Сегодня существуют 2 основных риска, связанных с возможными постановлениями ФАС: принудительное лицензирование фармкомпаний и введение параллельного импорта (через официальных дилеров фармкампаний в других странах, например).

Генеральный директор АЕБ также полагает, что Кодексу удастся внести свой вклад в «саморегулируемость фармацевтической промышленности» России в целом.

Как работает Кодекс добросовестных практик

Основным рабочим органом для реализации проекта является Комитет по здравоохранению и фармацевтике АЕБ. Третейская комиссия, составленная из фармкомпаний, будет разрешать споры ещё до подачи заявок в ФАС и суды. При этом ФАС примет решение о невмешательстве в эти урегулирования и легализует их на федеральном уровне.

Содержание Кодекса охватывает следующие аспекты:

  • Взаимодействие с дистрибьюторами (открытые правила и критерии выбора дистрибьюторов)
  • Бизнес-модели участников (производственно-сбытовые цепочки, условия взаимодействия и требования к дистрибьюторам)
  • Коммерческие условия контрактов и госпоставки (право на сбыт напрямую госзаказчикам)
  • Гармонизация инструкций по применению препаратов
  • Недопущение коррупции

Важными для российского инвестора (дистрибьютора или аптеки) являются моменты возможного расторжения договора. В п. 4.5. Кодекса частично оговариваются основания прекращения сотрудничества: лишение лицензии, банкротство и наличие существенной задолженности.

При этом вышеназванные правила не связывают компании и носят скорее характер рекомендаций, апеллируя к международному законодательству, здравому смыслу и «высоким стандартам ведения бизнеса».

Перспективы

Igor Artemiev

Кодексы такого рода будут развиваться в других отраслях промышленности и сельского хозяйства, кодифицируя взаимоотношения производителей, розницы и других участников рынков. Таким образом, опыт отраслевых Кодексов автопроизводителей и фармпроизводителей – только начало пути. Кроме того, служба обсуждает подписание аналогичных межправительственных соглашений (Евразийский союз и БРИКС).

По словам И.Артемьева, сегодня именно сельское хозяйство особенно нуждается в актуальном торговом Кодексе. Сельхозпроизводители жалуются на притеснения от крупных торговых сетей – и это знак того, что старый кодекс устарел, требуется пересмотр его положений.

Выходит, что путь впереди долгий и на нём предстоит немало остановок и осмыслений. Так, и Кодекс фармпроизводителей будет меняться вслед за жизнью, корректироваться и обсуждаться.

Источники: Association of European Businesses, Conduct of Russian pharma practices.