Выставки

Художественные сокровища России

Художественные сокровища России

Однажды, проходя мимо Храма Христа Спасителя, я увидела стенд с рекламой проходящих здесь выставок. «В таком месте плохого быть не может», – подумалось мне, тем более что на афише были признанные русские художники – М. Нестеров, И. Айвазовский…

То, что я увидела, отличалось от ожиданий. Это не похоже на другие выставки. Здесь высказано новое художественное слово, последние технические достижения соседствуют с первоклассными произведениями искусства, – и публика это понимает, посещаемость выставки неуклонно растёт.

Мы были представлены автору идеи и куратору проекта Андриану Мельникову. В ходе интервью всплыли любопытные особенности и перспективы проекта «Художественные сокровища России», с которыми мы предлагаем Вам ознакомиться.

ЭВ: Андриан, выставка проходит в Храме Христа Спасителя, я ожидала больше православной тематики. Скажите, пожалуйста, как проект согласуется с Православием?

Андриан Мельников: Хорошо, когда культура и духовность идут вместе, дополняя друг друга. Если духовность будет лишена культуры, то можно уйти в неверном направлении. Может взыграть гордыня или появиться иной соблазн, в результате чего получится не духовность, а деградация. К нам часто приходят священнослужители из храма, настоятели приводят сюда своих паству и знакомых. Так идёт широкий обмен между духовностью и культурой.

ЭВ: Если очертить проект, то каков он сейчас? Он в себя вмещает музыкальные вечера, лекционные курсы, и… что ещё?

Андриан Мельников: В первую очередь, это сама живопись. Зачастую работы здесь гораздо лучше и качественней, чем в государственных и других частных музеях. Мы можем себе позволить «снять сливки» с разных коллекций. Даже Александр III и царская семья, Третьяков, не могли себе позволить купить некоторые предметы, они им были не по карману. Они скупались купцами и иностранцами, передавались по наследству, прятались во время революции, войны. Многие картины мы приводили в порядок, потому что они были грязными, с пылью и сажей. Всё это мылось бесщёлочным мылом, покрывалось лаком, и приводилось в начальное состояние. Так что у нас здесь настоящие сокровища. Поэтому мы и назвали выставку «Художественные сокровища России».

Проект – выставочная площадка, где проходят выставки русской и отечественной живописи, а также западноевропейской живописи XIV-XIX вв. Проект рассчитан, прежде всего, на специалистов, здесь представлены доселе невиданные шедевры, картины, которые якобы были утеряны. Многие эксперты и исследователи в области живописи приходит сюда их изучать. Но и не погружённый в тему русского искусство зритель уходит отсюда одухотворенным.

ЭВ: Мне хотелось бы попросить Вас акцентировать внимание на основных моментах экспозиции.

Андриан Мельников: При входе мы показываем работы экспозиции «Во славу Отечества», посвящённые 1812 году, и портрет Александра I, потому что по его велению в честь победы был построен Храм Христа Спасителя. Этот портрет – из личной коллекции Александра II, который находился в Царском селе, затем был продан, или украден, большевиками и увезён за рубеж, где ещё 5-7 лет назад находился в частной коллекции.

Также в нашем пространстве показаны: историческая живопись, экспозиции Михаила Нестерова, Ивана Айвазовского, выставка лирического пейзажа, иконы в технике эмали – и всё это в рамках проекта «Художественные сокровища России».

ЭВ: Есть ли чёткие даты проведения этих выставок или же они плавающие?

Андриан Мельников: Чётких дат нет. У нас есть выставки с обозначенным временем окончания, но мы их, как правило, продолжаем, внося в экспозицию кое-какие изменения. Например, у нас с самого начала был зал Айвазовского. Сейчас часть этой экспозиции уехала в Третьяковскую галерею, часть – в Русский музей, где тоже будет выставка, а  место этих картин заняли другие полотна. У нас возникла экспозиция с не известным широкой публике Айвазовским, с картинами из частных музеев, в противовес выставке в галерее на Крымском валу, где экспонаты преимущественно из государственных музеев.

В зале икон у нас есть икона с мощами святого Николая, предположительно подаренная Николаю II. И каждая икона, которая здесь представлена – это не только мастерски исполненная живопись, это и оклад с высококачественной эмалью. Оклады нашей иконной экспозиции выполнены лучшими мастерами, которые были поставщиками императорского двора, работавшие на К. Фаберже: Тарабров, Овчинников и Хлебников.

Здесь и первая работа В. Васнецова, работы поставщиков Двора Чирикова, Гурьянова. Иконы, которые принадлежали  Борису Годунову, А. Пушкину, Голицыным. Сейчас они в частных коллекциях. Всего у нас 3 зала икон.

Каждая вещь с историей, каждый предмет уникален. Картины А. Саврасова, которые тот написал специально для личной коллекции Третьякова. Третьяков не всё вывесил в галерее, часть висела в его загородном доме. Москва кисти В. Верещагина, который известен у нас своими азиатскими работами, единственная в России. Он всю серию отвёз в Нью-Йорк на персональную выставку, и там её продал мошенникам; денег не получил.

Мебель у нас тоже замечательная. Шкафчик, который принадлежал Николаю I, который подарил его дочери королевы Виктории на свадьбу. Шкафчик имеет родословную – где он сделан, как он передавался. Есть мебель из Зимнего дворца и Строгановского училища.

ЭВ: Хотелось бы узнать у Вас, как у эксперта, каков современный коллекционер, что стоит за его страстью коллекционировать? И почему он всё это приносит сюда?

Андриан Мельников: Коллекционеры собирают потому, что у них есть любовь, склонность к искусству и соответствующее воспитание. Естественно, они изучают то, что собирают, и ещё они понимают, что это в цене.

Почему они это приносят к нам? Лично я в этом деле уже 18 лет, и, когда ты постоянно перемещаешься по миру, участвуешь в выставках, контактируешь в этих местах с людьми, которые открываются перед тобой как коллекционеры, инвесторы, коллеги, ты ежедневно формируешь свою базу, свой личный фонд. И если у тебя нормальная, здоровая репутация, ты делишься информацией, своей коллекцией на выставки, то выявляется момент доверия. И если рождается какой-то проект, ты тоже пользуешься доверием.

Касательно этого проекта. Сперва мы повесили здесь свои картины, и я пригласил своих друзей в галерею, чтобы они посмотрели, что может произойти, если они ещё дадут свои предметы искусства. И, конечно, сказал несколько волшебных слов, которые они осознали и, буквально на следующий день, принесли свои картины. Дальше мы их развесили, и стали фотографировать, составили большой каталог и, естественно, сразу соцсети стали говорить об этом…

ЭВ: Есть ли сейчас в этих кругах понимание, что культурное пространство России – это общее дело?

Андриан Мельников: Да, конечно. Смотрите, В. Вексельберг открыл Музей Фаберже, Д. Якобашвили открывает музей декоративно-прикладного искусства «Собрание», Б. Минц открыл Музей Русского Импрессионизма, братья Ананьевы открыли Институт русского реалистического искусства — музейно-выставочный комплекс. Многие хотят сформировать свой музей из своих коллекций. Возможно, наш опыт кому-то поможет. Мы показали, как работает пространство, как заинтересовать публику, и насколько сейчас важно показывать публике свои собрания.

На Западе многие мои знакомые также подумывают о музее. Кто-то хочет сделать музей итальянского искусства, кто-то – голландского искусства, и мне кажется, что это происходит не только в России, это мировая тенденция.

ЭВ: У вас очень красивое пространство. Я бы даже назвала это условно «дворцовый тип развески», а не музейный. Проходишь и ощущаешь комфорт и возможность созерцания…

Андриан Мельников: Развеска – это наш конёк. Во времена, когда писались эти картины, были популярны салоны, и самим жанром развески мы хотели дать посетителю ощущение, что он выходит в свет. В этом пространстве проходят оперы, балеты, а также мероприятия компаний-арендаторов, прошедшие строгий отбор.

И, кстати, здесь единственная площадка, где не пьют алкоголь на вернисажах.

ЭВ: Здесь присутствует ощущение, что ты не посетитель, а высокий гость.

Андриан Мельников: Особенно это ценят бабушки-пенсионерки: у нас по вторникам социальный день. Через наши залы прошло около 74’000 людей бесплатно. Эта категория очень благодарная и отличный рекламный канал, они все очень активны в соцсетях. 75% посетителей приходит к нам по «сарафанному радио». И люди порой приходят по тридцатому, сороковому разу.

В первые два месяца у нас все дни были социальными, но из-за большого потока и с финансовой точки зрения это оказалось тяжело, поскольку всё приходилось делать из собственного кармана, никто нам не помогал. Зарплата, аренда, охрана, коммуникации, парковка – я чуть-чуть не рассчитал. Около месяца назад возникла потребность найти спонсоров. Правительство помогло нам размещением щитов и организацией посещений нас элитной аудиторией, но необходимости в финансировании это не сняло.

Если бы мы могли найти людей, которые бы сделали серьёзные инвестиции, то мы могли бы предложить другие проекты, которые у нас уже есть, они сформированы. Мы будем их продвигать, и хотели бы, чтобы они прошли в формате государственно-частного партнёрства. За эти восемь месяцев мы сотрудничали с городом, с Министром культуры г. Москвы А. Кибовским – он просил нас сделать голограмму для культурного форума в Манеже. Мы также делали голограммы для департамента туризма. Голограмма – это наша доработка и мы ей гордимся; мы привлекли к этой работе оборонный завод.

ЭВ: На музыкальном представлении, довольно сложном по звучанию, я видела дошкольников. Они чинно сидели и слушали венских классиков, затем бегали по выставке и с интересом смотрели живопись. Вы привлекаете юную аудиторию, и Вас это должно радовать, исходя из концепции?

Андриан Мельников: Конечно, это важно для нас, потому что в детях формируется культура, этика, духовность.

Дети чувствуют искусство и очень осторожно относятся к живописи, не трогают её пальцами, у них есть дистанция и уважение пространства картины.

Есть программа, которую вы можете скачать, ходить с iPad или iPhone, направлять на картину, получать информацию и переправлять понравившуюся картину себе. И дома тоже направлять гаджет на экран и так же оживлять картину.

Мы сделали квесты, у нас здесь были новогодние и предновогодние квесты, где дети искали сокровища посредством отгадывания сюжетов картин. Картина загадывает загадку о другой картине, ребёнок проходит 10 картин, отгадывает и получает приз на ресепшне. Это работает.

ЭВ: Иностранцы интересуются проектом?

Андриан Мельников: Да, когда они сюда попадают, сразу погружаются в это пространство. Это очень интересно. Многие из них ничего не знают о русской живописи, но здесь начинают понимать, что имеется в виду. Они начинают смотреть художников, малоизвестных даже для русского зрителя… Японцам почему-то нравятся пейзажи. Был у нас бывший министр финансов Японии – смотрел И. Шишкина и счёл, что это пейзаж его детства. Также у нас бывают звёзды – например, Стивен Сигал.

К нам приходили гиды и сказали, что они включат это пространство в обязательное посещение туристических групп. В следующий раз, когда будут показывать Храм Христа Спасителя, Патриарший музей церковного искусства и Центр Искусств. Москва как некий комплекс. И мы сейчас привязываем всё это к храму как некое единое пространство. Мы сейчас будем делать один вход и добьёмся цикличности просмотра, люди будут ходить по кругу.

Добавьте «Э Вести» в свои избранные источники
Yandex-News