Выставки

Архип Куинджи: прижизненный успех и три выставки в родной стране

Картины Архипа Куинджи в Третьяковской галерее

Русский художник греческого происхождения Архип Куинджи (1842–1910) был одним из наиболее коммерчески успешных живописцев рубежа XIX-XX веков, и он – один из немногих, кто, едва достигнув благосостояния, создал систему благотворительной помощи молодым талантам живописи. Архипу Куинджи удалось всё, но с трудом. Для любого дела ему потребовалось немало усилий и ожиданий. В его творчестве особое место занимает цветовой контраст, но и в жизни художника богатство сочеталось с нищетой, любовь – с разлукой, а активное социальное служение – с замкнутостью.

Архип Иванович Куинджи родился в бедной греческой семье на современной Украине (в Мариуполе), и в четыре года лишился кормильца-отца, воспитывался у родственников. От природы умный и хваткий мальчик, обладающий необычайно зоркими глазами, он мог бы с лёгкостью впитать в себя науки, но на образование у семьи не было средств, и он остался малограмотным на всю жизнь. Видимо, в этом кроется одна из основных причин практически полного отсутствия эпистолярного наследия Куинджи – писать письма он не любил и видимо тяготился этим.

Как бы исследователи творчества Архипа Куинджи мечтали о том, чтобы это наследие было! В Третьяковской галерее открылась третья крупная ретроспективная выставка художника (первые две проходили в 1914 и 1992 годах), но большинство ярчайших картин имеют самые общие названия наподобие “Крым”, “Берег” и т.п. Это имена, данные безымянным картинам из мастерской Куинджи его учениками, обнаружившими эти жемчужины уже после смерти художника. Слова последний редко расходовал, а ученики лишь пояснили потомкам суть и географию изображений. Исследователи творчества Архипа Ивановича и вовсе не нашли оснований для перенесения словесных фантазий на подписи к картинам.

Вера Куинджи
Вера Куинджи

Неудивительно, что Архип Куинджи не растрачивал себя не только на слова, но и на любовные похождения. Свою любовь – гречанку Веру Леонтьевну (Елевфериевну) Кетчерджи-Шаповалову – он нашёл ещё в ранней молодости, но двум любящим сердцам потребовалось долгих двенадцать лет, чтобы богатые родители невесты дали согласие на этот брак. К тому моменту к бедняку начали приходить слава и деньги.

В браке Архип Иванович Куинджи был пости счастлив. Почти – потому что брак не дал потомства. Но художник до конца своих дней прожил рядом с любимым человеком, который его понимал, ценил, разделил с ним все тяготы жизни и принципы (например, добровольный аскетизм быта). Завещание этого “прижимистого” в домохозяйстве грека было составлено так, что всё крупное состояние (около полумиллиона рублей) отошло в сферу благотворительности, а жене досталось скромное годовое содержание. Но и того ей не было суждено – после закрепления большевиков у власти Вера Леонтьевна попала в состояние крайней нужды и спустя десять лет после смерти мужа умерла от голода.

На выставке мало лиц, Архип Куинджи почти не писал их, он сконцентрировался на пейзажах и снискал славу выдающегося пейзажиста – гения иллюзии света. Из мира Божия он отбирал для своих работ самые яркие природные создания – радугу, игру солнечного света на стволах деревьев, причудливые облака – и так с точностью передавал самые загадочные и мистические явления природы. Сколько любви он вкладывает в свои творения, с какой же любовью он смотрел на мир, что цвета так “играют” на холстах! Достаточно посмотреть на малороссийские мазанки, от которых веет домашним теплом.

В своём творчестве художник несомненно обращался к Богу, и этот поиск нашёл своё гениальное отражение в произведении 1901 года “Христос в Гефсиманском саду”. Искушаемый и молящийся Христос сияет удивительным, доступным только Куинджи светом, и его окружают духи, композиционно смешавшиеся с природой, которая становится громко говорящей частью изображения.

Картины Архипа Куинджи хорошо продавались. Их за неплохие деньги покупали их П.М. Третьяков и частные клиенты, за хорошие – представители императорской семьи. Первым пять тысяч рублей за картину отдал великий князь Константин Константинович. Коллеги по цеху восхищались всем, что выходило из рук “художника света”. Публика рукоплескала. Но всё это не вскружило голову художнику, и он всего себя продолжил посвящать живописи, а деньги отдал её будущему – молодым дарованиям.

Третьяковка даёт нам возможность посмотреть на наследие Куинджи со всех сторон – в его законченном виде и через наброски к будущим картинам, через поиск технических средств (ими художник владел в полноте), философские размышления. Третья и самая масштабная выставка картин Архипа Куинджи даёт полное понимание пожизненной славы художника, но ставит вопрос о том, почему это случается так редко?